Нарукавные знаки различия военнослужащих и военных чиновников Народной Армии Комуча (1918 г.)

 

Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания (далее – Комуч) являлся первым антибольшевистским государственным образованием периода Гражданской войны в России, претендовавшим на власть в масштабах всей страны. Комуч был организован 8 июня 1918 года в Самаре по инициативе бывших членов Учредительного собрания, не признавшими его принудительный роспуск на основании декрета ВЦИК РСФСР от 6 января 1918 года. Бывшие депутаты Учредительного собрания, основное ядро которых составляли представители политической партии социалистов-революционеров (эсеров), воспользовавшись антисоветским восстанием Чехословацкого корпуса 25-26 мая 1918 года, вышли из подполья на легальное положение и в достаточно короткий срок организовали альтернативное антибольшевистское правительство с центром в Поволжье.

Для защиты своих политических амбиций и расширения контролируемой территории уже к середине июня 1918 года Комуч создал одно из первых на востоке России вооружённых формирований, которое получило громкое и патриотичное название «Народная Армия». Созданная в короткие сроки Народная Армия, по сути, объединила в своих рядах разрозненные небольшие подпольные антисоветские вооружённые отряды, действовавшие на территории Поволжья и Прикамья. Основой для образования будущей армии послужила нелегальная самарская офицерская организация, возглавляемая подполковником Н. А. Галкиным. После создания Народной Армии Комуча он получил в ней главенствующий пост, будучи назначенным начальником Главного штаба.

полковник В. О. Каппель (1883-1920 гг.)Благодаря согласованному совместному взаимодействию с частями и соединениями Чехословацкого корпуса, уже в течение первых недель боевых действий Народная Армия Комуча контролировала значительную часть Поволжья и Прикамья. В результате появления достаточно многочисленной военной группировки Комуча в Поволжье был создан общий антисоветский фронт, захвачен ряд важных населённых пунктов, а также ценности золотого запаса Российской империи, находившиеся в хранилище в Казани. При этом особую известность за умелое руководство боевыми частями приобрёл полковник В. О. Каппель (1883-1920 гг.), впоследствии получивший звание генерал-лейтенанта и прославившийся как ревностный сторонник антибольшевистского движения.

Однако к началу сентября 1918 года военные успехи Народной Армии сменились на весьма серьёзные неудачи. Частям Рабоче-крестьянской Красной Армии в результате успешно проведённых наступательных операций в Поволжье удалось существенно потеснить силы Комуча обратно в восточном направлении. Вполне закономерным явлением стало то, что отступление отрядов Народной Армии негативно сказалось на морально-психологическом состоянии её личного состава. Оставление захваченных территорий и значительные потери в живой силе и средствах негативно отражались на настроении войск. Фактически с этого момента началось разложение Народной Армии. Комуч пытался нормализовать положение дел в военной сфере, прибегнув к репрессивным методам. Тем не менее, эти мероприятия не дали желаемого результата. В итоге, военные поражения подкосили государственную сферу Комуча и привели к сильному политическому кризису антибольшевистской власти в Поволжье.

В эти дни в Уфе в сложной военно-политической обстановке открылось Государственное совещание, на котором 23 сентября 1918 года было принято решение об образовании Временного Всероссийского правительства (Директории). Таким образом, на востоке России состоялась вынужденная интеграция всех политических сил антисоветского лагеря для дальнейшей борьбы с большевизмом. Произошло принудительное объединение существовавших ранее политических режимов в форме избранного Временного Всероссийского правительства, резиденцией которого изначально была избрана Уфа. Но впоследствии из-за близости фронта Директория была вынуждена переехать из Уфы в тыловой Омск [1].

Компромиссная форма следующего этапа генезиса антибольшевистских властей на востоке России привёла к изменениям в структуре вооруженных сил нового политического режима. Так, на основании указа Временного Всероссийского правительства № 2 от 24 сентября 1918 года была введена должность Верховного главнокомандующего всеми сухопутными и морскими силами России, был образован Штаб Верховного главнокомандующего. Началась полная реорганизация всей военной сферы. Народная Армия спустя некоторое время после ликвидации Комуча формально прекратила своё существование. Её остатки были отданы для переформирования и впоследствии влились в состав армии Временного Всероссийского правительства [2].

            В воинских формированиях периода Гражданской войны существовала тенденция введения своих особых знаков различия, наград и военной формы. Среди специалистов по отечественной военной униформологии Народная Армия Комуча получила известность, благодаря особым знакам различия. Они были специально разработаны и введены для добровольцев – военнослужащих и классных чинов, составлявших её ряды.

Появление специальных нарукавных знаков было обусловлено, прежде всего, политической обстановкой в Поволжье и вооруженных силах Комуча в тот период. Формирование частей Народной Армии происходило, фактически, под полным контролем со стороны эсеровской верхушки Комуча. Эсеры изначально проявляли значительное недоверие к русскому генералитету и офицерству, в них они видели некий символ царского режима, его опору. В связи с этим порядки в армии Комуча отличались от традиционных устоев, некогда существовавших в русской императорской армии. Внутренние взаимоотношения были в какой-то степени схожи с положением дел летом-осенью 1917 г. в период власти Временного правительства А. Ф. Керенского. Фактическое подчинение приказам и распоряжениям воинских начальников в Народной Армии имело место лишь в походных или боевых условиях, тогда как в остальное время всё решалось путём «товарищеского дисциплинарного суда». Солдатские комитеты продолжали существовать, а в частях формировались эсеровские ячейки – «глаза и уши» поволжского «правительства».

Одним из старейших традиций и символов русской императорской армии было и остаётся сейчас ношение погон. Их использование в военной форме в качестве специального знака, по которому можно было различать воинское звание солдата, офицера, генерала или гражданский чин военного чиновника, а также их принадлежность к тому или иному роду войск, соединению (подразделению) и т.д. берёт своё начало ещё с 1762 года. Но Комуч всяческими методами стремился позиционировать свои идейные взгляды и политическую платформу. В связи с этим своеобразным «символическим шагом», контрастно подчеркнувшим «разрыв с прошлым» в военной среде стала отмена ношения прежних армейских знаков различия во вновь создаваемых воинских формированиях. Как справедливо указывает известный советский историк Гражданской войны В. В. Гармиза, исследовавший эсеровские правительства востока России, «в печати эсеры много говорили о демократических принципах построения армии, даже о внешнем облике военнослужащих, который должен быть простым, без большого различия в военном костюме солдат и офицеров» [3].

В итоге, эти принципы были проведены в жизнь: приказом № 20 от 25 июля 1918 года для Народной Армии была установлена новая форма одежды. Отныне всем чинам Народной Армии запрещалось носить погоны и кокарды русской императорской армии. Взамен отменённых у военнослужащих и военных чиновников устанавливались новые знаки различия по родам войск и званиям в виде щитка из плотной ткани, имевшего окантовку того цвета, который соответствовал роду войск или службы. Знак носили на левом рукаве обмундирования выше локтевого сгиба руки. Для обозначения воинского звания (классного чина) нашивалась галунная тесьма (либо галун из металла или тесьма из ткани), к которой прикреплялись металлические или шитые звезды и специальные знаки родов войск (служб) [4].

На нарукавных знаках различия, предназначенных для чиновников военного времени, имелось некоторое отличие в обозначении классного чина. А именно, рисунок галунного угла был более острым, близким к отметке «30?», в то время как на знаках различия для офицеров галунный угол был практически прямым. Система воинских званий (классных чинов) и эмблемы родов войск (служб) были такими же, какие существовали до этого в русской императорской армии. Соответственно, сохранялась схема и количество звёзд и нашивок, использовавшаяся в целях обозначения воинских званий (классных чинов).

Приказ № 20 и приложение к нему устанавливали новые знаки различия для основной части войск (служб) – пехотинцев, артиллеристов и военнослужащих инженерных частей. Однако некоторое время спустя с момента выхода приказа о вводе нарукавных знаков различия на основании дополнительных распоряжений и приложений к ним в Народной Армии были установлены знаки различия, вводимые для других родов войск (служб) [5]. Нововведения в элементах военной формы, наряду с боевыми частями, касались, также, военно-учебных заведений и всех учреждений военного ведомства Комуча.

Что касается погон на военной форме одежды, то приказом № 20 они как таковые до конца не упразднялись, однако, фактически утрачивали основную часть своих прежних функций: на них, согласно приказу, оставалось лишь цифровое обозначение воинской части.

Ниже мы публикуем тексты документов, рассказывающих о введении в Народной Армии нарукавных знаков отличия. Делопроизводственный экземпляр приказа и приложения к нему об их введении хранятся в фондах Российского государственного военного архива, куда в советский период была передана основная масса документов, касающихся деятельности антибольшевистских вооружённых формирований [6].

Но мы приводим текст не делопроизводственной, а печатной тиражной копии приложения № 1 к приказу № 20, на основе которого регламентированы особенности внешнего вида (см. таблицу) и правил ношения новой формы и знаков различия для основной части войск Народной Армии. Приводимый нами документ находится на хранении в Историческом архиве Омской области в фонде Р–1781 «Главное инженерное управление».

 

Карандашом от руки: Прик[аз] [№] 20 войск[ам] На[родной] Ар[мии]

 

Приложение № 1.

 

ОПИСАНИЕ

 

формы одежды военнослужащих Народной Армии

 

Походной формой одежды для частей, Штабов, Управлений и Заведений Народной армии устанавливается:

а) Рубашка защитного цвета с узкими того же цвета погонами (погон у основания /у рукава/ шириною 1 вершок, у верхнего конца – 3/4 вершка), однообразными для всех чинов и родов войск, с гладкими металлическими номерами частей войск.

б) Шаровары – для пехоты и инженерных частей цвета хаки, для артиллерии и кавалерии – черные или серо-синие.

в) Головной убор – фуражка защитного цвета, временно,- впредь до установления кокарды, - с георгиевской ленточкой на околыше наискось (справа налево).

г) Шинель – серошинельного сукна с узкими погонами (погон у основания /у рукава/ шириною 1 вершок, у верхнего конца – 3/4 вершка) такого же сукна и гладким металлическим номером части на погоне.

д) Пояс – желтой сыромятной кожи с белой металлической пряжкой.

е) Сапоги, или ботинки с обмотками.

ж) Шпоры, кому положено быть в строю верхом.

з) Для отличия военнослужащих по их званию установить нарукавные знаки, на левом рукаве, чертежи коих, натуральной величины, при сем прилагаются.

Ефрейторы, бомбардиры, унтер-офицеры и фейерверкеры носят на нарукавном знаке нашивку из галунной тесьмы по цвету прибора одну, две или три нашивки; фельдфебель – одну широкую нашивку.

 

Форма нашивок указана на рисунке № 1

 

Подпрапорщик, кроме фельдфебельской нашивки, имеет из нашивочного галуна продольную нашивку от внутренней стороны угла к нижнему краю щита.

Обер-офицеры: рисунок № 2. Галун по прибору тот же, что и для солдат. Прапорщик – одна звездочка выше галуна; подпоручик – две звездочки, согласно чертежу; поручик – три звездочки: две звездочки по чертежу, одна выше галуна; штабс-капитан – четыре звездочки: две по чертежу, одна выше галуна, одна ниже; капитан – без звездочек, внизу под углом дополнительная нашивка тоже углом из того же галуна.

Штаб-офицеры: рисунок № 3. Подполковник – по чертежу три звездочки; полковник – без звездочек.

Генералы: рисунок № 4. Генерал-майор – по чертежу две звездочки, генерал-лейтенант – три звездочки: две по чертежу и одна ниже галунного угла; полный генерал – без звездочек.

На нарукавных знаках выше галунных отличий устанавливается отличие по родам войск:

Стрелки – два скрещенных ружья

Артиллерия – две скрещенных пушки

Инженерные войска (авиация, авторота) и все прочие специальные части имеют на нарукавном знаке присвоенное им внешнее отличие.

Нарукавные знаки состоят: из щита, натуральная величина коего указана на прилагаемом чертеже, и выпушки. Щит защитного цвета.

Выпушка для всех строевых частей, кроме кавалерии – красная, для кавалерии – оранжевая.

Для строевых штабов, начиная со штабов дивизий – белая, прочих учреждений и заведений Военного ведомства и для нестроевых команд и рот черная. Форма врачей и военных чиновников будут объявлена дополнительно.

            Оружие. Солдаты по роду войск: штыки, бебуты (тесаки) и шашки. Офицеры и подпрапорщики – шашки или кортики.

Темляки на шашках: у солдат кожаные, у офицеров и подпрапорщиков – тесьма с серебряным наконечником.

Аксельбанты – по должностям, офицеров Генерального Штаба и топографам Штаба.

 

С подлинным верно:

Старший адъютант подпоручик Кирсанов

 

Род войск (служба)

Цвет

Строевые части

Красный

Кавалерия

Оранжевый

Строевые штабы (начиная от штаба дивизии)

Белый

Прочие военные заведения и учреждения

Черный

Авиация

Красный

Судейские чины

Малиновый

 

Таблица. Цвет окантовки нарукавного знака военнослужащих и военных чиновников

Народной Армии в зависимости от рода войск (службы)

 

К приказу № 20 о правилах ношения новых нарукавных знаков различия и приложению к нему были представлены графические рисунки новых элементов военной формы. Образцы исполнялись на бумаге в натуральную величину (очевидно для удобства дальнейшего изготовления нарукавных знаков). Образцы знаков приводились сгруппировано на двух листах. При этом на первом листе были приведены знаки для военнослужащих. Но давались не абсолютно все знаки по званиям, а лишь по одному примеру на каждую категорию: для нижних чинов (знак ефрейтора) (ил. 4), для обер-офицеров (знак подпоручика артиллерии) (ил. 5), для штаб-офицеров (знак подполковника) (ил. 6) и для генералитета (знак генерал-майора) (ил. 7). Причём только образец знака для обер-офицеров давался с указанием рода войск.

На втором листе прилагались образцы знаков к мундирам военных чиновников: для лиц, не имеющего чинов (ил. 8), для коллежского регистратора (ил. 9), для губернского секретаря (ил. 10), для коллежского секретаря (ил. 11), для титулярного советника (ил. 12), для коллежского асессора (ил. 13), для надворного советника (ил. 14), для коллежского советника (ил. 15), для статского советника (ил. 16) и для действительного статского советника (ил. 17). Образцы нарукавных знаков для военных чиновников были даны без указания рода войск (службы).

Согласно имеющимся в нашем распоряжении документам из фондов Исторического архива Омской области, устанавливавшим размеры знака, его высота (по центру) должна была составлять 120 мм., а ширина (по верхней части) – 90 мм. (ил. 18). Однако, как можно судить по сохранившимся до наших дней подлинным нарукавным знакам, их реальный размер был несколько меньше. В частности, исследователь М. Селиванов указывает, что высота варьируется от 90 до 100 мм., ширина – от 90 до 95 мм. [7].

Нововведения в военной форме действительно помогли Народной Армии выделиться внешне, противопоставить себя в своём новом облике бывшей императорской армии. Однако вряд ли это как-то реально отразилось на боеспособности войск, что, в частности, и подтвердилось на практике.

По поводу внешнего вида «народоармейцев» интересное свидетельство с язвительной иронией приводит в своих воспоминаниях участник Гражданской войны на востоке России генерал К. В. Сахаров (1881-1941 гг.) известный своими промонархическими взглядами: «В Бузулуке я увидел первый полк Народной Армии. Без погон, со щитком наподобие чешского… Вид полутоварищеский» [8]. Каких-либо других, аналогичных этому, мемуарных свидетельств о нарукавных знаках Народной Армии Комуча нам найти не удалось.

Однако упоминавшееся нами выше образование новых вооружённых сил под эгидой Временного Всероссийского правительства и ликвидация Народной Армии привели к прекращению использования нарукавных знаков различия. Приказ за № 7 Верховного главнокомандующего войск Директории генерал-лейтенанта В. Г. Болдырева от 2 октября 1918 года официально объявил о прекращении существовавшего прежде разнообразия форм и знаков различия. Этот приказ ликвидировал «нововведённые» элементы военной формы не только в Народной Армии Комуча, но также в Сибирской Армии, имевшей вместо традиционных погон схожие щитообразные нашивки с указаниями званий и родов войск (служб). С этого момента в антибольшевистских вооружённых силах являлось обязательным ношение привычных погон «старорежимного» образца и новых кокард, исполненных в цвет российского триколора. Такую форму для армии Временного Всероссийского правительства предполагалось использовать вплоть до появления обмундирования нового образца и установления более благоприятных условий для тылового снабжения войск.

Однако ношение нарукавных знаков различия бывшими добровольцами Народной Армии, несмотря на официальные запреты, продолжалось во время власти Директории, и даже позднее – в период власти Российского правительства адмирала А. В. Колчака. Для бывших военнослужащих Народной Армии, влившихся в состав других соединений, и нарушавших приказ о правилах ношения формы одежды, нарукавные знаки, очевиднее всего, были неким своеобразным символом воинской славы, некогда вручавшимся им как добровольцам. Это было знаком их отваги, доблести и чести. В частности, среди сторонников сохранения ношения нарукавных знаков на военной форме были широко известные в армейской среде фигуранты, например, упоминавшийся ранее В. О. Каппель, который стоял у истоков вооружённых формирований Комуча.

Как указывал позднее в своих мемуарах бывший член Комуча С. Н. Николаев (1880-1976 гг.), «В. О. Каппель, справедливо полагая и предвидя, что введение внешнего отличия между офицерами и солдатами внесет с собой в армию внутреннее разъединение и отчуждение офицерства от солдат. Сознание этой опасности было у всего боевого офицерства Народной Армии, и некоторые офицеры, желая избежать вредных последствий ношения погон, часто предпочитали не носить их, несмотря на неизбежные за то кары» [9].

Современный исследователь униформологии Гражданской войны А. И. Дерябин подтверждает данный факт. Более того, А. И. Дерябин приводит конкретные примеры воинских частей, где уже после официального введения (восстановления) ношения погон традиционного образца продолжалось ношение и нарукавных знаков различия. Это Иркутская стрелковая запасная бригада, запасной полк особого назначения, Иркутский казачий дивизион. Также отменённые нарукавные знаки носились в отдельных фронтовых частях до декабря 1918 – января 1919 гг. [10].

Открытым остаётся вопрос практичности нарукавных знаков в армейском быту. Каких-либо исторических свидетельств в виде документов или мемуаров об этом при подготовке данной работы нами выявлено не было. Однако, на наш взгляд, вполне очевидно, что традиционные знаки различия, «испытанные временем», были более «приспособленными», как для военной повседневности в мирное время, так и для полевых условий и боя.

            Вооружённые силы являются символом и гарантом безопасности для любой государственности. Но военно-политические коллизии в эпоху «великой смуты ХХ века», наряду с такими сферами, как, например, экономика или культура, находили отражение и в армейской жизни. В нашем представлении история появления и недолгого существования нарукавных знаков Народной Армии Комуча представляет собой не что иное, как яркий пример формы политического позиционирования и распространения идеологии. За последние годы увидели свет весьма достойные публикации по военной униформологии. Но период революции и Гражданской войны для этого направления вспомогательных исторических дисциплин даст ещё немало архивных находок и новых исторических открытий.

 

Петин Дмитрий Игоревич, кандидат исторических наук, главный специалист

Центра изучения истории Гражданской войны (Исторический архив Омской области)

 



[1] Акт об образовании всероссийской верховной власти, принятый на государственном совещании, имевшем место в городе Уфе с 8 по 23 сентября 1918 г. // Максаков В., Турунов А. Хроника Гражданской войны в Сибири 1917-1918. М.-Л., 1926. С. 104.

[2] Путеводитель по фондам белой армии Российского государственного военного архива. М., 1998. С. 13.

[3] Гармиза В. В. Крушение эсеровских правительств. М., 1970. С. 33.

[4] Селиванов М. Знаки отличия и различия эпохи Гражданской войны. Ч. 3. // Режим доступа: http://mirnagrad.ru/cgi-bin/exinform.

[5] Проект «Колчакия» / Униформология // Приказы Народной армии Комитета членов Учредительного Собрания (июнь-октябрь 1918 г.) // Режим доступа: http://kolchakiya.narod.ru/uniformology/komuch_orders.htm.

[6] Российский государственный военный архив. Ф. 39551. Оп. 1. Д. 16. Л. 111-111об. Текст данного документа находится в свободном доступе на сайте проекта «Колчакия» (Режим доступа: http://kolchakiya.narod.ru/uniformology/komuch_orders.htm).

[7] Селиванов М. Знаки отличия и различия эпохи Гражданской войны. Ч. 3 // Режим доступа: http://mirnagrad.ru/cgi-bin/exinform.

[8] Сахаров К. В. Белая Сибирь (Внутренняя война 1918-1920 гг.). Мюнхен, 1923. С. 10.

[9] Николаев С. Н. Политика Комуча. Опыт и характеристики // Гражданская война на Волге в 1918 году. Прага, 1928. С. 137.

[10] Дерябин А. И. Сибирская армия. 1918 г. // Цейхгауз. М., 1993. № 2. С. 29.

Для исследователей

Виртуальные выставки

Поиск по сайту:

Для тех, кто комплектует архив

Центр изучения истории Гражданской войны