Л.И. ОГОРОДНИКОВА

г. Омск, Исторический архив Омской области

 

ТАРСКИЕ ПАСКВИЛИ

 

   История города Тары вмещает в себя немало интереснейших страниц, непосредственно связанных с событиями общероссийского значения. События в Москве и Петербурге доходили и до нашего сибирского городка, зачастую - в искаженном варианте, влияя на судьбы тарчан.
    Не единожды на омской земле в XVIII-XIX веках появлялись подметные письма, пасквили, которые всегда привлекали внимание обывателей и жестоко уничтожались властями. Любителями таких бумаг были и тарчане, издавна славившиеся своим гражданским неповиновением.
   В январе 1826 года Тару наводнили пасквили, связанные со смертью Александра I и вошествием на престол Николая I. Переписка по этому факту и документы о тщательном расследовании дела по "тарским пасквилям" хранится в ГАОО в фонде Главного управления Западной Сибири. Как снежный ком, катящийся с горы, росло это дело, высылались рапорты вышестоящим начальникам, проводились многочисленные дознания.
    А началось все с рапорта коллежского регистратора Тарского окружного правления Гавриила Эрна, который 10 февраля 1826 г. явился к окружному начальнику и донес, что он прочитал у "выключенного из службы" коллежского регистратора Якова Попова письмо, якобы полученное из Санкт-Петербурга, что император Николай Павлович лишен престола и арестован на год, на Всероссийский престол взошел цесаревич Константин Павлович, вдовствующая же императрица Мария Федоровна "от страху" умерла.
    Яков Попов, у которого находилось это письмо, был немедленно арестован и показал, что "письмо сие списывал в питейном доме у Степана Романова с руки здешнего инвалидного писаря Семенова". По предписанию Тарского городничего к розыску приступило полицейское управление. Такое же письмо было найдено и у тарского мещанина Калины Антонова, также получившего его от того же Степана Романова.
   На дознании Николай Семенов рассказал: "У Спасской церкви встретил неизвестного человека. Росту среднего, одетого в шубу, шапка из серой мерлушки. Тот вручил ему письма для списания, позднее видел его на рынке. Вечером в питейном доме поднощик ... Степан Романов спрашивал о новостях и попросил дать попользоваться оным письмом. О возмущении народа ни по какому случаю намерение не имел". Все заявляли, что "оную бумагу" взяли из-за любопытства.
    Допрошенный Яков Попов заявил: "9 числа по полудни зашел в питейный дом для выпитая вина, поднощик Степан Романов сказал, что у него есть какие-то новости, единственно из любопытства попросил оные прочитать. Копию списал с позволения Романова. Затем пошел в полицию, но городничего не застал".
     Рапорты о тарских пасквилях пошли в Тобольское губернское правление, оттуда -генерал-губернатору Западной Сибири. Тобольский губернатор Д.Бантыш-Каменский сделал Тарскому городничему строгий выговор - за непростительную бездеятельность и отправке донесения по почте, а не с нарочным. В Тару срочно были направлены атаман Русского Тобольского казачьего полка Ерков, известный своей распорядительностью, и надзиратель Кузнецов - "для немедленного открытия сочинителей и представления в Тобольск всех замешанных по сему делу людей, тщательным образом разведать, не произвел ли какого влияния на жителей упомянутый пасквиль".
   Виновных допрашивал сам Тобольский губернатор. "Я заставил убеждениями своими учинить добровольное признание. Семенов сознался, что сочинил сие письмо без всякого злого умысла и участия других" - писал губернатор. Цель этого сочинения - за выданную новость выпить чарку вина в питейном доме. Письмо побывало еще и в руках Калины Антонова, которое было отобрано у него городничим. Даже пасквиль никуда не распространялся. Признание было получено, (но на наш взгляд, не мог быть рядовой Семенов автором письма со столь изысканным слогом).
   Все списки с писем-пасквилей доставили Тобольскому губернатору. Постановление Тобольского окружного суда гласило: "Пасквиль посредством сожжения истребить".
        Но вести об этих событиях уже распространились по Таре. Многие утверждали, что Попов и Семенов "будучи распутного поведения, таскали оное [письмо] по питейным домам и показывали легковерным людям, чтобы выманить стакан вина". Некоторые крестьяне, особенно татарское население, из толков заключили, что сбор денег на земские повинности отменен и подати сложены. Денежный сбор был приостановлен, и местная власть вынуждена была опровергать "нелепые толки". Рапорт о пасквилях отправили министру юстиции.
      Виновные были осуждены губернским судом и получили приговор - сослать в Нерчинск в каторжные работы. Управляющий МВД доложил об этом деле и императору, который на приговор собственноручно наложил резолюцию - "Объявить помянутым подсудимым, что я их простил".
      • "Между чернью начали происходить различные суждения и толки - читаем в рапортах Тобольского губернатора, но отнюдь не было слышно, чтобы поколебалась преданность народа к особе государя-императора".

Для исследователей

Виртуальные выставки

Поиск по сайту:

Для тех, кто комплектует архив

Центр изучения истории Гражданской войны